Создатели Resonance: A Plague Tale Legacy учились делать рукопашную боевую систему по ходу разработки

Дайте мне игру, в которой можно с размаху отправить врага в полёт с обрыва мощным пинком, будто ты какой-нибудь бюджетный Леонид, – и я уже в деле. И, судя по всему, не я один. Так что да, мне, конечно, немного не хватало крысиных орд в Resonance: A Plague Tale Legacy, но смена акцента со скрытности на более наглые, сумбурные и приземлённо-жестокие рукопашные схватки меня откровенно порадовала. И, пожалуй, я бы переживал куда сильнее, если бы заранее знал, насколько скромным был опыт Asobo Studio в создании игр, где бой стоит в центре внимания.

«До Resonance у нас вообще никто не делал игру, построенную вокруг боевой системы», – рассказал мне ведущий дизайнер уровней Валериан Робер, а затем объяснил, как команда в итоге сумела вырулить в новую для себя сторону.

Как устроены бои в Resonance: A Plague Tale Legacy

«Нам пришлось учиться буквально всему: как строить пространство, как собирать боевую систему, потому что раньше мы с таким просто не работали, – продолжил Робер. – Мы смотрели на такие игры, как «Призрак Цусимы», Sekiro* и Sifu, чтобы нащупать собственную формулу и выработать свой стиль».

В Resonance вы играете за Софию – девушку, выросшую среди мародёров. Ей приходится выходить против хорошо вооружённых и закованных в броню солдат, так что её главный козырь – скорость, напор и не самые честные приёмы. Врагов здесь можно не только сталкивать с уступов, швырять в колонны или врезать ими друг в друга, но и хватать бутылки, разбивать их о чужие головы, сбивать противников с ритма при помощи крюка-кошки и в целом пускать в ход всё, что подвернётся под руку. В такие моменты влияние Sifu чувствуется, пожалуй, особенно отчётливо.

Такой подход к боям оформился по мере того, как команда всё глубже разбирала саму Софию как персонажа. Она уже появлялась в серии A Plague Tale, но в момент первой встречи с ней в A Plague Tale: Requiem, события которой разворачиваются через 16 лет после Resonance, перед нами уже состоявшаяся пиратка со своими привычками и характером. Поэтому, возвращаясь к более раннему этапу её жизни, разработчикам нужно было понять, какой она была до этого. «Мы потратили много времени, пытаясь разобраться в её личности, – говорит Робер. – Мы знали, что она была частью банды мародёров, но поначалу не понимали, как она должна сражаться».

Asobo Studio искала баланс между сложностью и доступностью

На старте у команды были проблемы с балансом. В Asobo хотели сделать «жестокий бой», но в какой-то момент система получилась заметно более хардкорной, чем задумывалось. «Это плохо сочеталось с тем, какой должна была быть сама игра», – объяснил Робер. Сражения всё равно должны были оставаться напряжёнными и захватывающими, а не просто быть очередным препятствием между игроком и следующим сюжетным эпизодом, но команда прекрасно понимала: их основная аудитория пришла из игры, где важна скрытность. «Нам нужно было найти верный баланс: чтобы было непросто, но при этом удовольствие могли получать и те игроки, которые не выросли на соулслайках».

Скажу прямо: в соулслайках я безнадёжен. И хотя поначалу боевая система Resonance давалась мне тяжеловато, довольно быстро я поймал её ритм и начал понимать, как всё работает. Главная проблема лично для моего не самого ловкого прохождения – это то, насколько мало у вас здоровья. Если судить по моим впечатлениям от превью, трёх сильных ударов от врага более чем достаточно, чтобы отправить вас на тот свет. Но если с таймингами для парирования у вас всё неидеально, бутылка, разбитая о голову противника, отлично помогает выровнять шансы. Враг оглушён – и буквально сам подставляется под удар клинком в рёбра.

Играть в это уже сейчас было очень весело, а то, что для студии это первый заход на территорию подобных механик, делает результат только более впечатляющим.