Dear Nobody

Война, которой вы не видите. Любовь, существующая только на бумаге. Перо, которому начали отвечать.

Вы — женщина за цензорским столом, далеко в тылу безымянного фронта. Мужчины ушли на войну; в сортировочном зале работают женщины, которые зарабатывают на жизнь чтением чужой почты. Через ваш стол проходят письма двух незнакомцев — друзей по переписке, ни разу не встречавшихся и знающих друг друга только по словам, которые они посылают. У вас есть штамп, перо и регламент, и ваша работа — вычёркивать всё, чего солдату знать не положено.

Но у этих двоих нет ничего, кроме писем. Вся их связь — бумага на вашем столе. Поэтому выбор никогда не абстрактен: вычеркните строку — и она исчезнет из их любви, а не только со страницы. Оставьте нежность — и вы позволите ей дойти до другого берега. Вычеркните — и вы тихо решили, что её никогда не было. Сдержанность и есть вся механика: то, что вы оставляете стоять, — это то, чем их любви позволено стать.

А потом с перепиской начинает твориться неладное. Письмо отвечает на вопрос, который вы задали только пером. Строка, вычеркнутая недели назад, возвращается — нетронутая, чужой рукой. А одна из переписок вовсе перестаёт писать на фронт — и начинает писать вам. Игра никогда не скажет, бумага ли одержима, или вы просто тихо распадаетесь за собственным столом.

Что вы делаете

• • Читайте и выносите решение. Вскройте каждое письмо, вычеркните слова, которым нельзя пройти, и проштампуйте его в путь. Что вы сохраняете и что убиваете, сдвигает сразу две хрупкие вещи — связь между влюблёнными и то, насколько пристально за вами следит контора.

• • Сохраняйте то, что не в силах потерять. Тетрадь позволяет спасти одну-единственную строку из письма, прежде чем оно навсегда покинет ваши руки.

• • Ответьте, если осмелитесь. Когда переписка повернётся к вам, вам дадут собственное перо — и несколько слов, которые вы можете оставить стоять в ответ.

• • Живите с этим. Каждое решение подшивается. За столом нет отмены — только дело.

Особенности

• • Механика вымарывания, которую чувствуешь грудью. Цензура как язык любви — и как оружие. Самые сокровенные решения в игре — те, что вы вычёркиваете.

• • Шесть финалов, сплетённых из двух судеб сразу: что станет с влюблёнными — и что станет с вами.

• • Тихо-жуткая история, которая никогда себя не объясняет. Реалистичная на поверхности, неправильная внутри.

• • ~30–45 тысяч слов рукописной прозы, писем и маргиналий — на один-два вечера.

• • Мир, который кажется старым и европейским и никогда не называет себя, — чернила, газовый свет, сортировочные залы, вальс сквозь стену кафе.

• • Десять языков на старте.

Одиночная · текстовая · выбор решает · примерно 2–4 часа.